Последовательно открывая себя в разных формах визуального искусства, от театральной декорации и хеппининга до перфоманса и инсталляции, Борис Мессерер увлекся в последние годы офортом и через него — возможностями печатной техники вообще. Это увлечение, ставшее, пожалуй, настоящей страстью, столкнуло его с рядом новых формальных и технических задач, которые он принялся решать с удивительной изобретательностью и азартом. Он остроумно увеличил в несколько раз талер печатного станка и модернизировал не только станок, но и весь технологический процесс травления и печати. В результате возник новый метод, где сама технология становится творческим актом. Офорт, то есть глубокую печать, с его выразительным привкусом материала, Борис соединил с ухищрениями высокой печати, и изобразительная поверхность оттиска приобрела удивительную материальность.
«Офорты Бориса Мессерера»
Когда я стал на путь профессионального художника, уже получив профессию архитектора, но не захотев в силу ряда обстоятельств заниматься этим бла-городным делом — архитектурой, книжная графика меня выручала и давала возможность сводить концы с концами в материальном отношении. Но, кроме этого, у меня возникла страсть, потребность служить искусству книги, и эта страсть способствовала моему становлению как художника.
